Каир ночью превращался в потусторонний сон, задымлённый и хаотический. Даунтаун напоминал светящийся кинематограф, в котором я оказалась гостем на экране, в чьём-то безумном сюжете. Я ступала в толпу как в реку, и казалось, что все они движутся на совершенном автомате, как будто кто-то приказал поддерживать на улицах видимость сутолоки. Между лавками с арабской парфюмерией и разноцветными хиджабами, я находила поворот на свой отель и проскальзывала к его монументальному арочному входу. Как-то ночью я решила обойти наше здание и увидела ещё один скрытый алмаз, целиком сохранившийся арт-деко холл, видимо служивший банком в 30-е годы. Не помню как, но я попала внутрь, и смогла изучить барельефы, перила и лестницы, сделанные исключительно из доброкачественных материалов. Место как будто сошло с картинки из старого фильма, и я снова словила ощущение, что перенеслась на слой ниже. Почему-то там возникло чувство другой матрицы, в которой мы жили ранее, и которая была гораздо более материальной по плотности. Опять возникло чувство, что я там была в прошлой жизни, и это место как и вся улица выглядело по-другому. Сейчас я стояла в заброшенном здании, и читала резонансы. Из этого здания нужно было выбираться, потому что оно тоже было странным куском чьего-то сна, и в нём могло произойти что угодно. Неподалёку было здание City Radio - отреставрированная арт-деко жемчужина, маркер и ориентир района, и я ходила туда в ресторан с названием Jade, соприкасаться со старой эрой и успокаивать своих союзников. Там же был книжный магазин с избранной литературой, и там я в последний день нашла книгу Dream factory on the Nile, которая и послужила вдохновением для этой статьи.
Отель, китчево перекрашенный внутри, ощущения уюта не создавал. Это было хорошо, так как я ни на минуту не забывала о том, что я в иллюзии. Холодные голубоватые стены несли искусственность, и всё было лишено того располагающего комфорта, за которым едет в Каир турист. Отель был устаревшим аттракционом, специально для таких как я, любящих фактуру и многослойность. Казалось что отель плывёт в каком-то своём темпе, совершенно параллельном течению Каира. Я легко могла бы предположить, что он возник только как часть моего сновидения, выткан намерением из памяти прошлых личностей, пожелавших найти какую-то связь с Каиром. На этом плане было непонятно, в чьём калейдоскопическом сне мы находимся – снится ли Эдварду сон обо мне в Каире, или это мне снится Эдвард и моя прошлая жизнь. С точки зрения Высшего Я всё это были просто разные этажи сознания. Лестницы отеля были украшены причудливыми витражами на средневековую тематику. Рисунки были нанесены на окна вручную красками, которые уже начали обильно сыпаться. Я могла предположить, что это было сделано в 70-е или 80-е годы, так как позже вряд ли кто-то бы стал заморачиваться с подобным. Сюжеты створок через ряд повторялись, но все рисунки были немного разные. Я ходила по этажам и рассматривала. Мне эти окна напомнили стёкла Таро, которые ждали меня дома. Мотивы были сказочные, арабские, с некоторой меланхолией. На самых верхних уровнях образы уже были нечёткими, контур сбился и фигуры с трудом читались. Я подумала, что точно также и люди осыпаются, как эти витражи, будучи только картинками в чьём-то сне. Удивительный старинный лифт с зеркальными створками со звоном перемещался между этажами.